Специфической чертой буржуазного общества является рассогласование материальных интересов и моральных побуждений. По этой причине буржуазная мораль оказывается насквозь лицемерной. В силу своей основной тенденции — сводить все отношения между людьми к голому материальному расчету — буржуазный способ производства подрывает любую мораль, в том числе и свою собственную. Реализация возрожденческой идеи о человеке как всесторонне развитой индивидуальности превратила ее в прямую противоположность. Особой причиной нравственных отклонений выступает рост утилитарных побуждений как основной жизненной ориентации. Чем большую роль в обществе играют товарно-денежные отношения, тем сложнее осуществлять в нем моральную регуляцию. Утилитарные побуждения существо— вали еще в первобытном обществе. Но там они сдерживались жесткими требованиями уравнительной справедливости и иными социальными механизмами. Групповое давление не дает простора корыстным побуждениям, выражаясь иногда в довольно забавных обычаях. Например, у негритосов острова Люсон человек, вздумавший поесть в лесу еду, принесенную с собой, должен несколько раз громко прокричать приглашение всем, кто находится в зоне слышимости его голоса. Уклонившиеся от этого обычая строго наказываются61. Помимо группового давления утилитарные побуждения сдерживаются натуральным характером хозяйства. Настоящему корыстолюбию нет простора там, где продукты производятся для внутреннего пользования или для обмена на другие продукты. Никому не нужно пищи больше, чем он сможет съесть. В таких условиях жадным может быть лишь человек с непомерно большим аппетитом. Совсем иное дело складывается при появлении денег — всеобщего эквивалента меновых стоимостей. Универсальная природа денег, их способность обмениваться на любой товар дает мощный толчок развитию корыстных побуждений.