Появление новых форм преступности свидетельствует о том, что в капиталистическом обществе интенсивно размывается граница между преступным и законопослушным поведением. Преступник в «белом воротничке» — скромный служащий, клерк или, более того, преуспевающий бизнесмен — никак не соответствует прежнему стереотипу преступника как деклассированного элемента. Гангстер, бизнесмен и сенатор часто бегут в одной упряжке. В-третьих, так называемый «свободный мир» превратился в общество тотального насилия. США, «оплот западной цивилизации», — это страна, где насилие является средством разрешения практически всех жизненных проблем: от «защиты жизненных интересов Америки» в международной политике и устранения политических и деловых конкурентов (долгие годы в стране существует традиция использования наемных убийц), вплоть до поддержания семейной дисциплины и выяснения отношений между случайными прохожими на улице. По данным американских социологов, ежегодно более 1 миллиона детей являются жертвами дурного обращения, а 25 миллионов американских женщин являются избиваемыми женами54. Характерна ничтожность вызывающих насилие поводов или вообще отсутствие таковых. Люди гибнут за то, что отказались одолжить 1 доллар или расплатиться за проигранное 5-долларовое пари, за то, что их видели с чьей-то девушкой и т. п.55. Различные виды насилия тесно связаны между собой. Насильственные действии, совершаемые армией США за рубежом, отзываются эхом внутри страны в росте преступлений против личности!. Сегодняшняя ситуация является следствием, что насилие традиционно было американской ценностью. Сейчас на Западе все чаще говорят о росте «безмотивных» преступлений, жертвами которых становятся ни в чем не повинные люди. В основе таких преступлений, по-видимому, лежит постоянно